ya_miranda

Оригинал взят у

amigofriend в Окончательная подборька

Гогиночество

вдаль уходят дороги
не приходят подруги
за столом сидит Гоги
синий весь от натуги

Гоги обрыдли боги
Гоги достали книги
лень обивать пороги
и преломлять ковриги

утром все кошки пеги
ночью в душе недуги
днём пристают коллеги
вечером жрут супруги

хлопнуть бы что ли браги
да закрутить интриги
нет уже той отваги
Гоги, одни вериги

хочется ведь как йоги
не боясь кали-юги
в лотос скадывать ноги
да не гнутся, подлюги

или плясать под крики
рэгги и буги-вуги
только из высшей лиги
не оценят потуги

так что припрятав фиги
(всё-таки мы не маги)
Гоги сложит мотыги
мелко порвёт бумаги

и позабыв тревоги
сидя в тепле и неге
Гоги напишет в блоге
Гоги расставит теги

Еле-елегия

Прошедшего не жаль.
Побулькивает Лета,
Былое унося.
В неведомую даль
Пешком уходит лето
Kак стайка поросят*.

Разбрасывая тень,
Светило бдит над нами
Полдневным кирпичом.
В такой чудесный день
Легко лежать в канаве,
Не мысля ни о чём.

И, глядя в луг, следить
Как, скотской вторя теме,
Стучится рог об рог,
А где-то впереди
Бестрепетное Время
Взимает свой оброк.

Глаза Его пусты.
Безумен лик прекрасный,
Сребрист что твой осётр,
И холодны персты.
Нас ход Его бесстрастный
Когда-нибудь (с)пасёт.

И вот, как караси**
Небриты и мохнаты,
Вперёд плывут года.
И смысла нет спросить:
Родимые пенаты
Узрею ли когда?

На тех брегах спою ль,
Где в жертву коз пасли вы
Неведому божку?
Ведь кончился Июль,
И колосятся сливы,
И мысль нейдёт в башку.

--------------------
* (вариант): карасят;
** (вариант): пороси.

Канинические Первокосмонавты

сжевав охотничью сосиску
и хлопнув по сто пятьдесят
собаки Белка и Пушистка
в недвижном космосе висят

а рядом звёздное пространство
осями мощными сверля
в сверхорбитальном постоянстве
летает бренная Земля

но палачу на ней не спится
не дремлет гнусный прохиндей
покуда выкатив зеницы
из тьмы глядят Друзья Людей

и вот презрев на время кости
забыв что значит колбаса
две галактические гостьи
висьмя висят в созвездьи Пса

как ослепительные пятна
заботясь обо всём живом
из часа в час они торчат на
своём посту сторожевом

и не настанет жизнь собачья
и будет всё на свете гут
покуда призрачно-прозрачно
две суки небо берегут

Срок 40

мы проживаем жизнь как рукопись сжигаем
над пропастью во ржи тусуемся жиганим
и брызги времени хватаем жадным ртом

налив его в бокал немедля распиваем
а после в облаках летим не успевая
понять какие дни оставить на потом

ты помнишь времена когда желали все мы
как будто семена вьюна иль хризантемы
закапывать в песок зачатки новых саг

петь не терпелось нам и верной вторя лире
в звенящем как струна предутреннем эфире
звенели в унисон и наши голоса

вот саги проросли местами даже сжаты
объятия земли покуда избежал ты
но всё грустней твой тон всё матовей огни

ну что же ты не рад в преддверии покоя
пора мой друг парад але и всё такое
неотвратимо то чего не отменить

не станем слёзы лить вино куда уместней
ведь раньше-то мы шли чтоб не стоять на месте
кручину отключив и не взирая на

продолжим путь наверх до пропасти к обрыву
и тихо не для всех но точно не фальшиво
нет-нет да прозвучит заветная струна

ведь всё пройдёт ничто не вечно под луною
зелёный лист и тот сведётся к перегною
протухнет колбаса позеленеет медь

но в том эфире хоть ни я ни ты не леннон
когда прервётся плоть нетронутые тленом
навеки голоса останутся звенеть

***
Взойди на холм. Подставь лицо восходу.
Вздохни легко. Вдохни в гортань свободу
И милый край всем сердцем обними.
Да, это рай - прими его, прими.

Зови друзей. Накрой столы к обеду.
Вино разлей. И празднуй как победу
Сей божий день. С утра другой дадут.
Всегда, везде, но и сейчас, и тут.

Достань орган, баян, зурну и лютню,
И кроя гам на перекрёстке людном
Ори свой гимн, выкрикивай слова -
Дай знать другим что музыка жива.

Пусть мрак и буря с неба корчат рожи,
Пусть брови хмурит сгорбленный прохожий,
Но вновь и вновь летит благая весть:
Бог есть любовь.

Бог должен что-то есть.

проповедь

как было обещано над землёю лечу
и вижу что женщина в храме ставит свечу
порхает метелица и позёмка кружит
а свечка-то теплится пробует жить

но люд замороженый возится по делам
пусть с кислыми рожами да шуруют тела
все ж из низов выходцы а толпа сзади жмёт
будьте добры двигаться время не ждёт

там дворик с бабульками перевязан узлом
по улицам булькает повседневное зло
на портиках щерятся гнилозубые львы
эх хоть и не верится но се ля ви

а женщина щурится на небесный огонь
где дом тот и улица кто же знает его
не победить рать её свечи стоят игры
будьте добры братие
будьте добры

***
родившимся под знаком унылого овна
кормившимся по злакам упившимся вина
валившимся в канаву варившимся в соку
физкульт-привет со дна вам
ку-ку

судьбу вы победили и выбрались на свет
и хорошо ходили там даже где нас нет
хозяева себе вы и кой-кому ещё
и никакие беды
не в счёт

вы делаете дело в орбите по часам
вы телом этим телом творите чудеса
бродяги и пропойцы в бодяге и в огне
а здесь у нас спокойно
на дне

всего двенадцать звуков пятнадцать запятых
да дева муза сцуко в пакетиках спитых
того былого чая со слоником в годах
по коему скучаем
всегда

три корочки ржаного да палка два струна
сапог с кирзою новой пинкфлойдова стена
коньяк с кружком лимона как мера всех вещей
а больше ничего ну
вообще

вот разве только слово легко полушутя
рыбёшкою улова порой сверкнёт в сетях
для нашего для брата сребро на дне копя
и пропадёт обратно
опять

неведомые людям прозрачны как вода
так здесь вот и пребудем до той поры когда
пропавши в лучшем виде забытые навек
пробьём мы дно и выйдем
наверх

***
дон хуан не спеша обнажает мачете и на свирели выводит нагвальские трели
попробовал бы он это сделать в мечети уж мы бы с вами на это посмотрели
карлос бежит к нему спотыкаясь надеясь снова испытать ощущенье полёта
я и сам таким бываю каюсь особенно когда в пустыне цветёт пейотль
когда осень берёт нас рукою за горло и бьёт по спине ударом нагваля
и человек уже не звучит гордо пребывая меж молотом и наковальней
человека вообще уже как бы нету хоть мачете возьмите и всех мочите
а есть одни лишь порывы ветра что несут нас ввысь спасибо учитель

***
на всякого чапаева довольно пустоты
неудобочитаемо про красоту стопы
в размере превышающем ямбический хорей
налей-ка брат ерша ещё по-нашему налей
келейно нам налей вина крича на все лады
велением пелевина тачанка без балды
всегда чего-то хочется в отеческих богах
где анка-пулемётчица на глиняных ногах
вот комната вот ванная вот мокрый ипполит
везде искал нирваны я она внутре болит
на это представление столичные снобы
явились без зазрения иронии судьбы
вагончики графинчики давай-ка пей до дна
все меры половинчаты судьба у всех одна
все дедки репкой меряны все бабки на кону
и выпили немедленно и медленно ко дну
но пустотой негоже нам мон шер пренебрегать
рукой в перчатке кожаной положено играть
звенит гитара ветхая и ныне присно впредь
постарше буду петька я давай-ка петька петь

***
в чреве льва толстого пусто и темно
матерное слово бегает одно
шевелит усами машет бородой
сени мои сани край навек родной

свято пусто место полон рот ужей
русская словесность бродит в неглиже
небо ближе ближе нёбо иже с ним
вроде внемлю виждю реже брежу сны

аффтар жжот глаголом бьётся о порог
в мире полуголом всяк себе пророк
всяк себе омега альфа всяк себе
голубое эго соло на трубе

все мы из шинели вышли словаря
хмели и сунели дети января
ели много каши пили сок лозы
логос мой опавший певчий мой язык

***
весь мир в руке не удержать
в один залив пятнадцать раз не окунуться
конвой поник главой но если б я сбежал
то чтоб опять сюда вернуться

растут напасти как грибы
в чертогах солнца тьма пирует без оглядки
какой уж тут покой ведь если б я там был
то может было б всё в порядке

вкушая клювы воронья
не зная выхода кряхтит земля седая
объять её опять эх если б я был пьян
а пьян как водится всегда я

пускай звучит немного тем
зато оркестр себя являет в каждой гамме
спою как есть свою а если б я был нем
то пел бы шопотом губами

дремучей думой обуян
да слышу снова непреклонный шаг конвоя
бежал бы этих жал о если б я был я
но я по сути всё живое

земля уходит из-под ног
со всеми весями дорогами мостами
семь бед один ответ и если б я был Бог
то всё по-прежнему б оставил

Походу действия

куда макар гонял телят куда мазох гонял захеров
выделывая кренделя лицом нетрезв числом неперов

иду вперёд ну чтоб не взад ногой пинаю подорожник
небрит умеренно пузат но и такой себе дороже

ох непряма моя стезя хотя и покривей бывают
и лебедою лебезя подошвы пылью обдувает

ну мну допустим лебеду ничем особым не прекрасен
но чёрт возьми глядишь иду и вроде ж я не дядя вася

то вдруг направо поверну а тут налево прямо выше
не к гонорару не к руну а просто в путь когда-то вышел

однажды в неурочный час завмир в меня вложил моторчик
и тренировочно урча тропу теперь стопами порчу

дойду докуда выйдет срок своей дорогою земною
ну вот и я со мной сурок поскольку он всегда со мною

там только воля и покой лишь дервиш сморщится поддатый:
да проходил один такой он был собой и шёл куда-то