ya_miranda

Кусок 23
Про живые картинки, "чтоб все сгорело", тапки-шоу и поле экспериментов.

ЖИВЫЕ КАРТИНКИ

Мирей шла вперед через дождь.
Конечно, это был не какой-то героизм, а просто дождь, но, если у тебя только одна куртка, и она постоянно промокает, а на автобус денег нет, на стопятидесятый раз это...
...Неудобно. Мирей влетела в подъезд, выжала волосы, расчесалась и побежала вверх.
Пропуск! - рявкнул вахтер. - Девушка, у вас пропуск есть?..
С середины лестницы Мирей послала его на три буквы и побежала дальше, в 131-й кабинет. В 131-м ее ждала тетка, которая собиралась дать ей денег.
То есть денег она не собиралась давать просто так. Ей обязательно нужны были рисунки для детской энциклопедии. Рисунки у Мирей были . Три ночи, двадцать четыре листа.

Она отдышалась, приняла приличный вид и постучалась в дверь.
- Кто там? - раздался вроде бы дружелюбный голос.
- Художники.
- Ну, входите...
Она положила папку на стол и постаралась твердо посмотреть на сидящую перед ней тетку.
Тетка была старая, толстая, с кудряшками. Вид у нее был добродушный.
- Что заканчивали?
- Ничего — храбро ответила Мирей. - Все сама.
Ну-ну... - сказала тетка и провела пальцем по рисунку. Мирей дернулась — вдруг она что-то испачкает, там же акварель — но потом решила взять себя в руки и полчаса посидеть спокойно. Тетка медленно и вдумчиво листала альбом, откидывая в сторону кальку с выкрашенных листов.
Все-таки это напрягало. С гопниками ее и то так не трясло. Но если эта иллюстраторша - действительно иллюстраторша, а не просиживает тут юбки, может быть, ее тут даже чему-то научат, и..
- Это что? - прервал ее мысли вопль со стороны тетки. - Это что такое?
Мирей подошла к столу и посмотрела на картинку. Из-под пальца тетки вырывался динозавр.
- Господи, это что такое? Мариночка...
- Динозавр... - уже уверенно объяснила Мирей. - Точность, как в аптеке. Настоящий нормальный живой трицератопс.
- Господи... Я думала, у меня белая горячка...

Она полистала папку еще.
Осторожнее — то и дело говорила Мирей.

- Великолепно!- отвечали ей. - С ума сойти! Замечательно!
Тетка пролистала всю папку, повернулась к радостной Мирей, начала обсуждать договор, Мирей уже расслабилась - но тут из папки вылезло чье-то щупальце. Тетка на него искоса посмотрела.
- Вы же свободная художница, так?
- Абсолютно — озадаченно подтвердила Мирей. А что вы имеете в виду, это чем-то плохо?
- Неплохо — сказала тетка. - Но дело в том.... У вас есть дети?
- Есть — сказала Мирей, уже понимая, в чем дело. - Два мальчика. Но ведь работа сдельная. Вы так боитесь, что у меня будут больничные?
Тетка поплотнее уселась на стуле.
- Я когда-то работала с одной такой женщиной, как вы — сказала она. - И она была, знаете, такая недисциплинированная... Того и гляди, уйдет в третий декрет. Она все время отпрашивалась с работы, чтобы рисовать...
- А надо не рисовать?
- Надо все делать на рабочем месте. Чтобы я видела. И убирать его так, чтобы я видела. И... Понимаете, чтобы посвящать себя искусству, нужно сделать так, чтобы вам не мешали дети. Да? И лучше бы их вообще не было. А если есть...
- Да они мне не особо и мешают — рассердилась Мирей. - Чего это вы все …
- Вы проводите с ними много времени, так?
- Так. А что, надо проводить мало?
- Нет.. Нет... Короче, надо бы поменьше, а то... Понимаете... Это хорошие вещи, но это же неприемлемо! Мариночка, это все нам не надо потому, что... - она замолчала, пользуясь тем, что Мирей на секунду потеряла дар речи. - Понимаете, вы очень живая. В вас очень много детского мышления. А у нас рисунки должны быть такие... в меру живые.
- Как это — в меру живые?..
- В меру, чтоб из страниц не выпрыгивали — сказала тетка и прижала пальцем хвост игуанодона. Мирей потянула папку на себя. - Вот видите, вы их защищаете! Почему вы их защищаете? А если их начнут редактировать, а вы не послушаетесь? А вы же понимаете, что без редакторской работы не получится ни-че-го?
- Спасибо, у меня и так все неплохо получается — твердо сказала Мирей. Она забрала и захлопнула папку. - Если бы вы имели в виду обычную редакторскую работу...
- Вы недисциплинированная! - зло сказала тетка. - Вы что, не понимаете? А если они из рамки вылезут? Кроме того, всегда надо то одно, то другое. Авторы статей такие капризные. Их же не точность волнует, не детское восприятие, их волнует, чтобы все было очень-очень гладенько. То зубы другие сделать, то хвостик подправить...
Мирей подумала о том, как бы она исправляла хвост ожившему динозавру. Думала, да недодумала. Получалось только рассердиться. Кроме того, тетку было очень жалко.
- До свидания — твердо сказала она.

Госссподи, только наконец настоящая работа, и вот тебе... Мать твою! Часы!!! Часы же теперь не спешат!!!
На часах было три тридцать.
Три тридцать!..

Она уже вылетала на улицу, когда дорогу ей загородил все тот же охранник.
- Пропуск! Девушка, вы не понимаете, что нужен пропуск?
- Иди ты!..
- Еще и матом на меня, так я сейчас вам полицию вызову, и...
- Пошел ты на... - огрызнулась Мирей и отпихнула его в сторону. Выбежав на улицу, она помахала рукой окну, за которым наверняка сидело это ископаемое, и заорала:
Чтоб вы сгорелииии!

Вечером заплаканную Мирей утешал Гил:
- Да ну их на хрен. Я считаю, у тебя отличный бойцовый характер. Ты что, дала бы их всех почикать ластиком? Не все ли равно, откуда у тебя деньги, главное, чтобы это не мешало рисовать. Вот пойдем обратно к твоему Володе...
- Задолбало — всхлипнула Мирей. - Задолбало бегать со всех лап. Не могу больше видеть чужие подарки.
Ее одолевало такое же расстройство, как тогда, когда она узнала о приключениях Мирии за пределами интернета. То ли горе, то ли разочарование, а все вместе... У-у-у-у!
- Гил покачал головой и налил ей еще каркадэ.
- Ну, я тебе буду пакеты с конфетами таскать.
- Это нечестно... Я не могу жить на чужие деньги!..
- Слушай — пришло ему в голову — все затихло, дети спят, давай телевизор включим и поржем?
- Не смешно — потерла распухшие глаза Мирей. - Я их всех уже вообще видеть не могу.
Но Гил уже вытер запыленный экран, покрутил ручку туда-сюда, и все, к общему удивлению, заработало. Гилово влияние на технику всегда было благотворно. Сначала они попали прямиком на канал «Культура», где застали кусочек мультфильма «Унесенные ветром» и повторение передачи с участием Ольги Арефьевой. Восхищенная Мирей, которая всегда по закону подлости ловила только самые печальные передачи, забыла о том, как все плохо на земле, и попросила найти что-нибудь еще.
- Ну, вот тебе что-нибудь еще — сказал Гил, отодвинув нижнюю панель и покрутив еще один штырек направо-налево. - Вот, смотри, новости! О...
На экране экстренного выпуска новостей курилось черным дымом длинное многоэтажное здание на Алексеевской.
- Спасибо, Гил — проникновенно сказала Мирей. - ой, лишь бы ее там внутри не было...
- Нет — внизу экрана бежала длинная строка, и Гил ткнул в нее пальцем. - Видишь, это просто случайное возгорание. Все просто выбежали в панике, а так и не сгорело почти ничего. Кроме одной комнаты...
- Да все равно спасибо! - она крепко обняла его. - Я знаю, какая это комната!!! Я вообще слишком злая, в чем она виновата, в конце концов, со мной все бы целиком сгорело! А теперь еще получится, что никто не умрет, потому что ты их сам проклял и первый начал! Ну, кто еще пожелает, чтобы их только напугали? Кто?
- Э... Да не за что... - растерялся Гил. Ему уже хотелось, чтобы действительно все сгорело.
- Ага.
- Но я только пожелал.
- Да ты знаешь, сколько людей бы сказало, что я нарвалась, несла пургу и сама виновата?.. - она восхищенно посмотрела на него. - Ха. Это все ты! Можно подумать, оно само сгорело.

ТАПКИ - ШОУ

По полу кабинета в отделении были разбросаны вещи. Один ковырялся в них, а второй задумчиво смотрел на третьего, сидя за столом. Этот третий был Димочка, но его высокий рост сейчас не давал ему никакого преимущества.
- Подделывать решил? - уронил второй.
- Почему подделывать-то? - удивился Димочка. - Это же сувениры! Их может делать, кто угодно.
- Ты мне лапшу на уши не вешай! - второй надулся от ярости и покраснел, как вареная свекла. - Я последний раз спрашиваю, кто тебя научил заказывать у китайцев не составные части, а все сувениры целиком? У нас лояльность страдает!
- Да при чем тут лояльность? - Димочка тоже вышел из себя. - Я вам все откаты заплатил, все коробки к празднику притаранил! А вы что, меня в тюрьму...
- В СИЗО прямо отсюда! - заорал второй, пока первый навешивал Димочке наручники. - До выяснения обстоятельств! - он ткнул пальцем в открывшуюся дверь, где стояли двое в форме. - Машину давай!
Когда протестующего Димочку увел первый, второй еще долго сидел, отфыркиваясь. В те времена, когда ему было двадцать лет, было несколько проще: удостоверение есть, табельное оружие есть — и все, человек в глаза смотрит, каждое слово ловит, а сейчас их где только не печатают... И все - контроля нет, и никакой лояльности не добьешься.. Ходят, как на работу, ни совести, ни уважения.

Нет, это же надо — одним пинком положить половину сети связи! Этого нерабочего барахла раскупили столько! И сколько еще из углов выгребать! Они же ни настроения высокого начальства, ни линии нынешней партии не понимают, ни контекста без своих звездочек и тапочек не ловят, дураки деревянные.

ПОЛЕ

Поле расстилалось перед ними, огромное, как море, полное буйных трав.
- Татьяна Валерьевна! — сказал Витя - Это великолепно. - И поклонился.
- Это же не я нарисовала — несколько смутилась она. - Это та девушка. Я только визуализировала переход для того, кто смотрит .
- Ух, как красиво! Надо ей еще что-нибудь заказать.
Они обошли край поля, дойдя до маленького домика вдалеке. Он был прорисован не столь тщательно, и поэтому по дороге рядом с ним возникали странные вещи.
- Это дорожка, смотрите, дорожка! - говорила Татьяна, наклоняясь к земле. - А как хорошо, что вход у нас только отсюда!
- Ой, только не рассказывайте на второй работе, я вас очень прошу. Каждому нужно секретное место, в которое есть только один вход... Да ну, дорожка! - надулся Витя. - Вот смотрите, там внутри есть даже парты! И спальни! - Домик разросся у них на глазах. - Ох ты!.. Это же школа!
- А вы говорите...
Они исходили все обозримое пространство и вернулись обратно.

- Какие чудеса! А что она обычно рисует?
- Что в голову взбредет — пожала плечами Татьяна, любуясь удивлением своего данника. - Никак не устроится никуда. Ковбой славный парень, но со странностями. Он попросил ее нарисовать ему не просто место, где жить. Он хотел такое, где можно будет жить мне.
- Какой-то он у вас очень преданный. Ух ты. Место, где жить...
Из стены тянулся телефонный провод с висящей на нем трубкой. Витя безо всякого сомнения взял ее и набрал номер.
- О, отсюда можно позвонить в институт... Сарочка — обратился он к той стороне, когда гудки сменились треском и звуком искаженного голоса. - Сара, пожалуйста, напомните мне, сколько их у нас сейчас на лечении?
- Сорок пять — ответил ее низкий голос с институтской стороны. - С четырех до двенадцати лет. Вы хотите их собрать и отправить в ваш новый корпус? Когда?
- За какое время мы успеем это сделать, Сарочка? Это не новый корпус, это лучше...
- Недели две уйдет на переезд — ясно было, что она там открывает файл. - Личные вещи, тумбочки... Перевозка мебели...
- Ой, Сара, пожалуйста, ради бога, упростите все. Во-первых, нам не понадобится мебель. Во-вторых, лекарства здесь с самого начала будут просто отличные, лаба не нужна. Если кто-нибудь опасается, что его увезут слишком далеко, то берите сначала тех, у кого есть большой опыт путешествий в одиночку. Они не взрослые, им тут будет гораздо легче... - он продиктовал еще несколько указаний, делая паузы, чтобы с той стороны успели записать. - Ну, все, я на вас надеюсь, пока.
Татьяна молча смотрела на него.
- Скажите — задал он вопрос — мы смогли бы задействовать того специалиста из Санкт-Петербурга? Он же сейчас в Москве.
- Он очень своеобразный человек — сказала она медленно. - Если бы ему доверить что-то большое, он справился бы. Но лучше спросите Аля, он больше об этом знает... Да, я знаю, у вас с ним контактов больше.
- Я бы спросил Витю — мечтательно сказал Витя. - Аль придуманный.
Она странно посмотрела на него.
- Хоть придуманный, а все-таки брат. Ему даже еще не восемьдесят. - они еще немного постояли, и она сердито тряхнула головой. - Что-то мы тут подзадержались. Давайте пойдем.
Он бы еще постоял здесь, только бы остаться, но ощутил, как Татьяна взяла его за руку.
- Вы заблудитесь — мягко сказала она. - Держитесь за меня. Вы абсолютно правы, что не хотите допускать сюда людей старше двадцати пяти. И, пока мы идем обратно, пожалуйста, не забывайте, что Витя — это вы. Это вы... вы...
Он растерянно ухватился за ее локоть и позволил проводить себя обратно.

В СЕРЕДИНЕ ТЕМНОТЫ

Рыжий бородатый человек кому-то отчаянно звонит по телефону.
Ему отвечает грубый бас, который отрицает все, что говорится рыжим человеком. Рыжий человек собирает большой рваный рюкзак, открывает дверь и сломя голову выбегает из комнаты в свет.
Теперь мы понимаем, что это была комната, так как в ней теперь есть дверь, открытая нараспашку.
Светло.
Никого не видно.
Снаружи доносится шум толпы и выкрики.
Кто-то встает на пороге, а потом заходит в дверь.