мы не смогли бы стать другими
Мы, бесполезные почти
но разноцветная богиня
глядит на нас через очки
И двери настежь не открыли,
И свет еще не ко двору
Узор из стрекозиных крыльев
едва трепещет на ветру
Не отвечай, где намекает
Струна, наживка, тетива
Узор, который не смолкает,
И черно-белая трава
Нас не заденет ни на йоту
Та непрестанная пальба
Когда подруга Ланселота
Откинет волосы со лба
Капкан открыт, охотник сгинет,
Ручьи становятся рекой
возьми нас на руки, богиня,
и укачай. и успокой,
сомкни распавшиеся скрепы
Не удивляясь ни-по-чем,
Когда нацеленные стрелы
вдруг возвращаются в колчан
Пади лицом в росу и иней
И разнотравие почти
пока бессмертная богиня
глядит на нас через очки
Все двери - начисто, открыты,
Из слов на птичьем языке -
Узор из стрекозиных крыльев
И белый контур на песке,
где я
был выложен из камня,
ракушек
и известняка
Руками,
Этими руками...
Богиня с детскими глазами,
Других не знавшая пока.
Мы, бесполезные почти
но разноцветная богиня
глядит на нас через очки
И двери настежь не открыли,
И свет еще не ко двору
Узор из стрекозиных крыльев
едва трепещет на ветру
Не отвечай, где намекает
Струна, наживка, тетива
Узор, который не смолкает,
И черно-белая трава
Нас не заденет ни на йоту
Та непрестанная пальба
Когда подруга Ланселота
Откинет волосы со лба
Капкан открыт, охотник сгинет,
Ручьи становятся рекой
возьми нас на руки, богиня,
и укачай. и успокой,
сомкни распавшиеся скрепы
Не удивляясь ни-по-чем,
Когда нацеленные стрелы
вдруг возвращаются в колчан
Пади лицом в росу и иней
И разнотравие почти
пока бессмертная богиня
глядит на нас через очки
Все двери - начисто, открыты,
Из слов на птичьем языке -
Узор из стрекозиных крыльев
И белый контур на песке,
где я
был выложен из камня,
ракушек
и известняка
Руками,
Этими руками...
Богиня с детскими глазами,
Других не знавшая пока.