Пить из Леты не стоит: болтать - поддаться отраве.
Тишина не мешает примериться к переправе.
И людей здесь не видно, и в горле комком - слова.
Прекрати говорить, потому что я точно вижу -
Настоящее к нам подходит все ближе, ближе;
Остаются орнаментальные острова.
Так устроена здесь половина земного лона -
Край небесной чаши, выпитой, непреклонно
Перевернутой добрым гигантом, рукой по дну -
Чтобы трещины разбегались до вихрей водных,
Чтобы выход искали лучшие из свободных,
Задыхаясь от ветра, летящего в глубину.
Здесь печаль оказалась предвестником тех, крылатых,
Фаэтоном, летящим наверх, ведь выше -короче,
Пропустив под колесами годы и времена -
И далеким меандром казались на перекатах
Города, города, прилегающие построчно
К теплым солнечным рамам открытого вдаль окна.
Сбился ветер со счета - смотри, не пять и не шесть их:
Мы держали закат у моря, братья ушедших,
И дрожала струна у края , тень у виска...
Но для тех, кто успел потеряться в небесной толще,
Настоящее становилось легче и проще,
и сиял медный диск на соленой кромке песка.
Так поход за руном отнимает память о неге.
мы желали войны и добились победы в небе,
но теперь говорят о последнем, страшном броске.
Очертания четки и звуки сильны и резки:
Наши братья, крылатые люди с памятной фрески,
Люди с белого фриза, не бросили нас в тоске.
Нет загробного мира, где звезд не видно при сплаве.
наше войско у врат уверяет в собственном праве
тех, кому не нужны ни дела, ни сны, ни слова.
Настоящее лучше побед - возьми свое знамя.
Шаг вперед, и стены в золе... Но в вечности с нами
Остаются орнаментальные острова.
Тишина не мешает примериться к переправе.
И людей здесь не видно, и в горле комком - слова.
Прекрати говорить, потому что я точно вижу -
Настоящее к нам подходит все ближе, ближе;
Остаются орнаментальные острова.
Так устроена здесь половина земного лона -
Край небесной чаши, выпитой, непреклонно
Перевернутой добрым гигантом, рукой по дну -
Чтобы трещины разбегались до вихрей водных,
Чтобы выход искали лучшие из свободных,
Задыхаясь от ветра, летящего в глубину.
Здесь печаль оказалась предвестником тех, крылатых,
Фаэтоном, летящим наверх, ведь выше -короче,
Пропустив под колесами годы и времена -
И далеким меандром казались на перекатах
Города, города, прилегающие построчно
К теплым солнечным рамам открытого вдаль окна.
Сбился ветер со счета - смотри, не пять и не шесть их:
Мы держали закат у моря, братья ушедших,
И дрожала струна у края , тень у виска...
Но для тех, кто успел потеряться в небесной толще,
Настоящее становилось легче и проще,
и сиял медный диск на соленой кромке песка.
Так поход за руном отнимает память о неге.
мы желали войны и добились победы в небе,
но теперь говорят о последнем, страшном броске.
Очертания четки и звуки сильны и резки:
Наши братья, крылатые люди с памятной фрески,
Люди с белого фриза, не бросили нас в тоске.
Нет загробного мира, где звезд не видно при сплаве.
наше войско у врат уверяет в собственном праве
тех, кому не нужны ни дела, ни сны, ни слова.
Настоящее лучше побед - возьми свое знамя.
Шаг вперед, и стены в золе... Но в вечности с нами
Остаются орнаментальные острова.